Category: корабли

Category was added automatically. Read all entries about "корабли".

саратовская епархия, православие, афон, Инок Аркадий

Найден теплоход, затонувший в 1941 году



На дне Чёрного моря найден теплоход "Армения", затопленный немецкой авиацией в 1941 году. Гибель судна считается одной из самым масштабных трагедий на море в истории: на борту, по разным подсчётам, находилось от 6 до 10 тысяч беженцев и раненых. Поисковую операцию проводило Министерство обороны России. В исследовании и идентификации судна участвовали специалисты Центра подводных исследований РГО. Почему затонувшее судно так долго искали, и как удалось его обнаружить - в нашем материале.

Конец поиску, начало изучению

15 морских миль от Ялты, полтора километра вглубь - здесь покоится теплоход "Армения". Для того чтобы его обнаружить, поисковики из года в год прочёсывали Чёрное море. Только за последние 20 лет исследовали более 300 квадратных километров. В одной из операций даже участвовал знаменитый американский океанолог Роберт Баллард, который в 1985 году обнаружил "Титаник", а в 1989 году - обломки немецкого линкора "Бисмарк". Дорогое оборудование ему не помогло: "Армения" никак не проявила себя.

Такая "неуловимость" судна породила ряд конспирологических теорий. Говорили, будто бы "Армения" возвращалась в Севастополь, что на борту были не люди, а ценный груз, что шла не так и не туда. Иначе, почему же в известных координатах ничего нет?
Collapse )

саратовская епархия, православие, афон, Инок Аркадий

Они жили Россией и для нее

Прочитайте невероятно трогательные воспоминания капитана 2 ранга Бориса Апрелева (1888–1951), с 1908 года служившего на императорской яхте «Штандарт». Волею судьбы оказавшись после революции на чужбине, в 1932 году морской офицер написал книгу «Нельзя забыть» – «маленький вклад из личных воспоминаний о покойном Государе Императоре Николае Александровиче и его Августейшей Семье», где «может быть, в ущерб стилю и качеству слога» постарался отразить «только правду, простую человеческую правду» о Царской Семье, с которой имел счастье быть лично знакомым…
ЖИЗНЬ ДЛЯ РОССИИ
Благодаря тому, что я попал на «Штандарт», мне удалось увидеть жизнь Государя и Государыни просто, как жизнь людей, окруженных обожаемыми ими детьми, пользующихся недолгим отдыхом в шхерах (архипелаг, состоящий из мелких скалистых островов, разделенных узкими проливами, – примеч. ред.) на «Штандарте» и имевших гораздо больше забот и горестей, чем многие и многие из их подданных.
Горести эти, о которых они, может быть, и не говорили никому, были часто видны на «Штандарте». Но что более всего бросалось в глаза – это действительно в самую жизнь их проникнувшее сознание, что они живут не для себя, что вся эта роскошь – не для них; а что и они, и все, что их окружает, – принадлежат России, служат на ее пользу и для ее славы.
Много ли из нас, грешных, не говоря уже об «идеалистах» революции, могли бы честно сказать, что они жили для России? – Не думаю. Другой вопрос – кто из них и как понимал это служение. Верно ли было это понимание? В таком ли виде было нужно России это служение? – все эти вопросы лежат вне моей компетенции и не являются задачами этих записок. Но то, что Государь и Государыня за время моего пребывания на «Штандарте» жили Россией и для нее – это я видел сам и не могу не подчеркнуть.
Два месяца, что я провел около Царской Семьи, полны для меня воспоминаний. Некоторые из них настолько изумительны, что я считал бы прямо грехом скрыть их. Между тем их жизнь на «Штандарте» известна сравнительно немногим. <…>

ДУХОВНЫЙ ОБЛИК ГОСУДАРЯ
Теперь уже в прошлом эти незабвенные дни, этот блеск и роскошь, которые окружали наших Русских Царя и Царицу. Эта красота, создававшаяся веками и, вероятно, уже неповторимая, – ныне разрушена варварством ХХ века, всплывшим в виде социализма. Точно эта красота принадлежала не всему народу, и будто, разрушив ее, это варварство что-то дало народу. Я рад, что Господь дал мне видеть эту красоту. Самое дорогое, что я унес в моем сердце со «Штандарта», – это память о личной жизни Государя, Хозяина яхты, как его там называли.
Казалось бы, и «Штандарт», и все суда, сопровождавшие его, были назначены в распоряжение Государя и для его Семьи, но тон на яхте был таков, что казалось, будто они в гостях у нас. Будто мы, с одной стороны, – офицеры военного корабля, а с другой – родные, близкие люди Государя и его Семьи. Казалось, будто Государь не отдыхает на яхте, а точно служит, только видоизменяя свою службу на время пребывания на яхте. Скромный, всегда со всеми деликатный, ласковый и так часто грустный-грустный. Когда я видел его печальные глаза, становилось так больно на сердце, что хотелось ему помочь, и вместе с тем чувствовалась какая-то безнадежность в его грусти, какая-то обреченность. Такое впечатление вынес я о нем.


Collapse )