православный-полемический журнал (inok_arkadiy) wrote,
православный-полемический журнал
inok_arkadiy

Categories:

Разорванное сердце гвардии рядового Сереженьки


В этом году 75-летие Великой Победы могло бы быть и его праздником. Личным и вживую. Но не будет. Потому что он умер ровно 30 лет назад, 1 февраля 1990 года. Прямо на автобусной остановке по пути на работу. Не выдержало и остановилось сердце. Надорванное еще войной. А было ему всего 54 года.

Появись он сегодня в боевых наградах, кто-то мог бы даже ехидно прошипеть в спину: «Ташкентский ветеран», мол, просидел в тылу, когда другие воевали, а теперь примазывается. Но это не так. В наградном листе к медали «За боевые заслуги» в 1943 году записано: «Наградить воспитанника полка Алешкина Сергея Андреевича за то, что он за время пребывания в полку с 8 сентября 1942 года вместе с полком прошел ответственный боевой путь. 18 ноября 1942 года был ранен. Как ребенок, всегда жизнерадостный, полюбил полк, командование и всех его окружающих. Своей жизнерадостностью, любовью к части и окружающим в чрезвычайно трудных моментах вселял бодрость и уверенность в победе. Товарищ Алешкин -любимец полка».



Ошибка вкралась в этот текст. Награжденного звали Алешков Сергей Андреевич, 1936 года рождения. Да-да, 1936-го. И когда его спросили, как зовут, он ответил просто, по-деревенски «Алешкины мы». И было ему тогда всего 7 лет от роду. Но он уже несколько месяцев воевал на фронте Великой Отечественной войны. Да-да, воевал по-своему: подносил патроны и курево, газеты и письма из дома солдатам, развлекал песнями и частушками и вообще – всем своим видом, как бы показывал бойцам, за что они воюют и кого защищают. Бойцы потом вспоминали: ничто так не поднимало боевой дух бойцов, как визиты сынка. Он, как сказали бы сейчас, был стимулом и мотиватором, а на войне это подчас главное, нравственная основа будущей победы. И не где-нибудь, а под Сталинградом вовремя той страшной мясорубки, в которой красноармейцы выстояли, победили и надломили хребет гитлеровской военной машине. Сережа Алешков или как его потом назвали «гвардии рядовой Сереженька» был самым младшим защитником Сталинграда. И вообще – самым молодым гвардейцем СССР и России и самым молодым солдатом Великой Отечественной войны.

Но не потому, что кто-то гнался за рекордами - так распорядилась жизнь. И судьба. А медаль свою получил за то, что спас от смерти командира 142-го гвардейского стрелкового полка 47-й гвардейской стрелковой дивизии майора Митрофана Даниловича Воробьева, своего приемного отца. Во время одного из вражеских авианалетов под Сталинградом бомбой разворотило и завалило блиндаж командира полка. И только Сережа знал, что там, под обломками и завалом засыпан отец и командир. Он позвал на помощь бойцов и вместе с ними, размазывая слезы и грязь по щекам, разгребал землю и оттаскивал обломки. Майор остался жив и даже невредим, его только контузило.


Отношения этого 35-летнего офицера и 6-летнего мальчишки-сироты – это вообще отдельная трогательная история, достойная самой светлой памяти. И подражания даже сейчас, в мирное время. Бездетный и к тому времени даже еще холостой майор проникся особым отцовским чувством к спасенному его бойцами мальчишке. Сережа стал не только «сыном полка», но и сыном его командира. Майор усыновил его и решил, что в полку ребенку будет лучше, чем в детдоме. А потом «сынок» нашел и «маму» – 17-лентюю полковую медсестру Нину Бедову, которая, как могла, опекала и баловала малыша в тех военных условиях. Майор женился на ней, и новая семья стала полной.

Медсестра не стала ВПЖ - «военно-полевой женой». Вместе они потом прожили всю жизнь. И даже пережили своего приемного сына. А война вносила свой неповторимый и трогательный окрас войны в их отношения. Уже ставший суворовцем в мирной Туле Сережа писал отцу на фронт: «Дорогой папа! Учусь я хорошо. Преподаватели довольны. Очень скучаю без Вас. Здесь много таких, как я, детей офицеров. Папы у некоторых погибли на фронте. Мы дружим между собой. Ваши письма читаем вместе. Вслух. И всегда очень ждем фронтовых вестей. Расскажите о последних битвах подробнее. Привет Вам от моих товарищей». И, как потом вспоминал Михаил Воробьев, он исправно отвечал сыну. Понимал, что у пацана свой фронтовой опыт: любую задержку с ответом мог понять по своему – отца убили или ранили.

Вообще-то судьба благоволила к рядовому Сереженьке. Но по-своему, по-военному – спасала жизнь, на безжалостно рвала сердце. Первый раз ему, если так вообще можно сказать, «повезло» летом 1942 года. Его родная лесная и лежащая в отдалении от магистральных дорог деревня Грынь (ныне в Калужской области) с приходом гитлеровцев 1941 году стала базой партизанского движения. А Сережа там жил с матерью и тремя братьями. Отец к тому времени уже умер, а мать помогала партизанам, за что вместе со всеми другими жителями была записана немцами во «враги рейха». Вовремя одного из заданий мать Сережи с его 10-летним братом Петром была захвачена гестаповцами. После пыток брата демонстративно повесили «для устрашения», а мать, пытавшуюся спасти ребенка, застрелили. На глазах у Сережи.

Когда же в августе 1942-го партизаны атаковали карателей, жители спасались бегством. Соседка выбросила 6-летнего Сержу в окно, и он потерялся в лесу. Несколько дней он бродил по лесу и в крайне истощенном состоянии был найден разведчиками 142-го гвардейского стрелкового полка майора Воробьева и перенесен через линию фронта. И стал сыном полка. Хотя сам себя считал себя адъютантом комполка -- каждое утро являлся в штаб с докладом о готовности к выполнению новых поручений и даже потребовал произвести его в младшие лейтенанты.

Ему действительно сшили военную форму по росту и в 1943 году, когда в Красную армию вернули погоны, подарили комплект с одной звездочкой. Но и к эпизоду со спасением комполка Сережа уж точно навоевал на медаль. Чтобы он чувствовал себя настоящим солдатом, бойцы подарили ему настоящий бинокль. С ним он и совершил свой первый геройский поступок: разносил по полку газету «Красную звезду» и, для солидности оглядывая передовую и тыл, засек немецких корректировщиков огня, которые с рацией прятались в стогу сена. Сержа немедленно доложил об увиденном командиру артиллерийской разведки, и лазутчиков обезвредили. Это спасло многие жизни солдат во время атаки. А когда потом по немецким войскам ударили «Катюши», мальчик находился в траншее и вместе со всеми широко разевал рот, чтобы не лопнули барабанные перепонки. А маленькое сердце трепетало от восторга и ужаса, а его хозяину тогда не было еще и 7 лет...

Еще раз Сереже, который к тому времени не раз побывал под обстрелом и даже был несколько раз ранен, повезло уже в Польше, где о нем узнал командующий 8-й гвардейской армией генерал Василий Чуйков, тоже герой Сталинградской битвы, будущий маршал и дважды Герой Советского Союза. Он встретился с маленьким солдатом, сплясал с ним «сесетку» (Сережа еще не мог четко выговорить слово «чечетка») и даже наградил его боевым оружием – трофейным пистолетом «Вальтер». А когда в одном из налетов мальчик был в очередной раз ранен, распорядился на фронт его не возвращать, а направить в Тульское военное суворовское училище.

Уже тогда в Туле военные врачи установили – сердце у Сережи слабое, надорванное войной и лишениями, к воинской службе непригоден. Но Чуйков настоял на своем, и мальчишку приняли. В училище он был самым маленьким и самым младшим, но много занимался спортом, чуть-чуть подправил здоровье и смог закончить учебное заведение.

Конец войны встретил со второй медалью - «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.». Поступил в военное училище, и вот уже оттуда был отчислен по состоянию здоровья – опять подвело сердце и, увы, фронтовая привычка к курению.

Потом Сережа выучился на юриста в Харькове и уехал в Челябинск, где к тому времени поселились его приемные родители. Там работал следователем прокуратуры, затем прокурором, а в последние годы -- юрисконсультом на Челябинском заводе оргстекла. Но в личной жизни Сереже не очень везло. Был дважды женат, и оба раза неудачно. Единственной отрадой была по-прежнему приемная семья. И держала на плаву память. Сам он много встречался с курсантами военных училищ, чтобы на личном опыте рассказать, что есть такая профессия – Родину защищать». За пять лет до смерти получил орден Отечественной войны I степени.

Как сказали в одном перестроечном фильме, «странная история, книжная». Кому-то даже покажется байкой или легендой. Но она была и есть реальной. И об этом нелегко, конечно, говорить, но, может быть, и в это раз его спасла судьба – разорвала сердце и забрала молодым. И гвардии рядовой Сереженька не увидел, как через год раздерибанили его страну, за которую он воевал. Как сегодня, накануне 75-годовщины Великой Победы, когда ушли в мир иной уже почти все -- ветераны той страшной войны, и нередко дома, и по всему миру, им спасенному, топчутся по памяти его молодых и старых побратимов и стараются переписать и переиначить их подвиг…

…И, может быть, тогда, 30 лет назад, на автобусной остановке в Челябинске, когда сердце молодого ветерана засбоило в последний раз, он подумал и об этом. Что-то вспомнил, что-то почувствовал и ушел. Но мыто должны это помнить всегда. Хотя бы для того, чтобы людьми остаться. И в Украине тоже.

Владимир Скачко



Tags: ВОВ, герой
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments