православный-полемический журнал (inok_arkadiy) wrote,
православный-полемический журнал
inok_arkadiy

Category:

РЕАЛЬНЫЙ ГНОЙ

СУЩЕСТВО МНОГОСЛОЙНОЕ


Диакон Андрей Кураев — о своей многослойности, рейтинге и тщеславии, формах защиты от троллей, интернет-пастве, анонимах, теоретических, жизненных и духовных вопросах, онлайн-грехах и попах 2.0.

КураевДиакон Андрей Кураев, круглолицый, умиротворенный, в рясе, обедает в итальянском ресторане на Бульварном кольце. На столе — чья-то записка ("Пишу Вам в связи с проектом о румынском издании ваших трудов...") и блюдо с рубленым ананасом. Через пять минут принесут десерт, и Кураев будет вкусно вытирать бороду. Пока же он одной рукой держит свежий номер газеты F5 с выносом "Путин и «Калина»", а другой набирает SMS — похоже, что премьеру: "Порадую..." Настроен Кураев благостно, и только когда снимает очки и на носу остается красный след от дужки, становится видно, что устал.
Миссионеру положено разговаривать с людьми, но отец Андрей по-стахановски перевыполняет норму. Он дал примерно миллион интервью. Его под любым предлогом зовут в телевизор (в результате Кураев перебывал во всех ток-шоу — от программы Андрея Малахова до "Школы злословия").

Любят его за сочетание темных одежд и окладистой бороды с критическим складом ума и публицистическим запалом. С Кураевым интересно: образован, остроумен, здравомыслящ, по любому вопросу — от национальных конфликтов до видеоигр — готов выдать нетривиальное мнение. В конечном счете Кураев стал главным медиаделегатом от РПЦ, в том числе и в интернете: в 2000-м открыл миссионерский портал kuraev.ru, в 2008-м — ЖЖ diak_kuraev.
Блог сначала не вел, но через пару месяцев разошелся: писал о самоубийствах студентов семинарии, преданном анафеме собкоре газеты "Правда", фотографировался с бельком на снегу. Среди последних постов рассуждения о том, можно ли читать в туалете духовную литературу ("Когда-то я именно в туалете читал утренние и вечерние молитвы — по той простой причине, что скрывал (и защищал) свою новообретенную веру от тогда еще неверующих родителей") и зачем русским носить ножи ("Эти люди (чеченцы. — F5) не понимают, что такое уступка, смирение. Всех русских девушек они считают проститутками и своими наложницами. Отсюда и отношение к ним, отсюда и драки с русскими мужиками, которые заступаются за девушек").
За полтора года Кураев получил 60 000 комментариев от 5500 подписчиков, но в друзья никого не добавил.

— Пользователи стучатся к вам с вопросами, просят совета, учат грамотно писать слово "Евангелие"... Вы как к ним относитесь?
— Ужасно. Как и ко всем, кто мне звонит, кто меня останавливает на улице и так или иначе вторгается в мою личную жизнь. Но нельзя жить только для себя. Я — существо многослойное: на одном реактивном слое я прячусь от того, что вторгается в меня, на другом — открываю сознание для того, чтобы быть доступным

.

— Или вы заняты самопиаром?
— Моя персональная задача — быть интересным для моих собеседников. Но нет задачи быть интересным ради того, чтобы этих собеседников стало больше и мой рейтинг вырос. Чего-чего, а известности я уже накушался, мое человеческое и авторское тщеславие удовлетворено. Я уже не прыгаю при выходе своей новой книги, а скорее понуждаю себя к изъявлению радости по этому поводу — так положено... Наверное, от известности я уже получаю больше минусов, чем бонусов, — подглядывание-подсматривание в магазинах и пр. Так что интернет-собеседников не ищу.

— Так зачем же растрачиваться в онлайне, где к тому же произошла девальвация слова?
— Для меня, как для человека, работающего со словом, это тоже очень интересно. Дискуссии в интернете показывают, как люди неочевидно могут воспринимать те или иные слова. В одном и том же тексте слышат разные, даже противоположные интонации. Иногда меня радует такая возможность, иногда печалит. Но понимать эту механику надо, чтобы уметь избежать двусмысленности.

— Достают тролли и провокаторы?
— Сам образ моей жизни защищает меня от интернета. Я половину времени провожу в поездках по стране или миру. В ноутбуке нет Wi-Fi. Вторая форма защиты: анонимных юзеров я за людей не считаю. Если человек входит под ником, а не под своим настоящим именем, если я про него не знаю и он про себя ничего не рассказывает, то для меня эта личность тождественна тому тексту, который она оставила на моей странице. И в этом смысле это не вполне человек, поэтому я могу отреагировать на него резко.

— ЖЖ — не паства, а эксперимент?
— Не паства — это точно. Я никем не хочу управлять и никого не желаю пасти. Да, в моих интернет-публикациях есть аспект апробации, нужный мне самому. Какие-то тексты я могу обкатывать, прежде чем воспроизводить их в печатном виде. Интернет позволяет публиковать черновики и видеть реакцию. Она бывает очень здравая и критическая. И тогда я людям очень благодарен.

— Получается, что блог ведет не отец Андрей, а любознательный лингвист?
— Не совсем так. Себя-то я как раз не отделяю от своего присутствия в интернете. То есть там тоже я. Поэтому не собираюсь вешать индульгенцию, основанную на моей личной невменяемости: я не я, площадка не моя.

— А почему вы не играете по общим правилам?
— А какие есть общие правила?

— Вы их только что сформулировали. Человек в интернете не тождественен себе в офлайне. Интернет — это большая ролевая игра, в которую вовлечены миллионы.
— Я не имею права играть. Для меня это принципиальное табу. Я публичный человек и потому все время и так нахожусь на грани фола. Самый страшный мой риск — превратиться в актера, артиста разговорного жанра. Моя работа — свидетельствовать о моей вере — для меня очень значима.

— В интернете есть место греху?
— Интернет в церковном восприятии — это все равно реальность, даже если большинство его пользователей считают иначе. Если священник скажет что-нибудь неаккуратное не в храме, а в интернете, последствия для него могут быть те же самые.

— Какие поступки в онлайне греховны? Обман, травля? Возжелать жену ближнего на сайте знакомств?
— Я думаю, что ставить вопрос так — значит много чести делать интернету. Потому что ничего нового в интернете нет. Это вполне обычное пространство общения. Наука быть человеком абсолютно одинакова в салоне городского автобуса, на рынке, в храме, в интернете. Какая разница, где ты занимаешься каннибализмом? Пожираешь слабенького солдатика в казарме или в интернете кого-то выживаешь и поливаешь вонючей субстанцией?

— Желание поднять рейтинг, попасть в топ — это тщеславие?
— Оценка зависит от цели этой борьбы. Вполне может быть, что, если я однажды стану бороться за рейтинг, это будет не тщеславием, а тактическим способом достижения цели.

— У вас есть фан-клуб: перед разговором я даже рассматривал ваше 3D-фото — через стереоочки вы казались вполне живым. Откуда такая популярность?
— Да ведь на безрыбье и рак — рыба. Батюшки слишком иконографичны, и любой служитель, который не растворяется в этой иконографии, привлекает внимание. Люди истосковались по человеческому общению. А со мной можно спорить, можно не соглашаться — я не живу в статусе памятника своему собственному сану. Церковь, если она здорова, может себе позволить существование таких маргиналов, как Охлобыстин и Кураев.

— Вы — маргинал, поп 2.0?
— Не слышал такого выражения.

— 2.0 — универсальная приставка для чего-угодно-продвинутого...
— Ни в коем случае этого бы мне не хотелось. Категорически против того, чтобы самому превращаться в матрицу для кого-то другого.

— Но обсуждаете вы очень резкие вещи. Ну вот хотя бы полемика о чтении духовной литературы в туалете — батюшки о таком молчат.
— Понятно, что туалет не храм и не молитвенная комната. Но всегда ли? Могут ли быть жизненные исключения? Понятно, что христианин должен уметь прощать. Но всегда ли? Когда я ставлю такие вопросы, это еще и массаж головного мозга. Те, кому хорошо в мире клише, возмущаются. Но Церковь не может быть наполнена только такими людьми.

— Ваш блог можно назвать приходом?
— Нет. С точки зрения богословской приход формируется вокруг таинств, с социологической — вокруг духовного отца. Но я не духовный отец, и как минимум половина моих собеседников в блоге считают хорошим тоном начинать с фразы: "Я не фанат Кураева!" Это ни в коем случае не приход. Просто площадка для разговора.

— В игре Second Life открыты представительства самых разных конфессий: обряды, исповеди... Где же виртуальный приход РПЦ?
— Не надо использовать принцип "все или ничего". Конечно же, виртуальная православная церковь невозможна и не нужна. Невозможно в интернете причащать, давать тело и кровь Христовы, потому что это именно тело и кровь Христа, а не байты информации.
Я могу себе представить исповедь по интернету. Например, я не отвечаю на исповедального характера вопросы людей, которых не знаю. Заочно лечить глупо и преступно, и легко стать жертвой какого-нибудь тролля. Но, скажем, женщина вышла замуж за араба, уехала в Саудовскую Аравию, где в округе ни одного православного храма и священника. И она хочет о чем-то спросить, исповедаться. По телефону неудобно, по скайпу — как-то открыто, и вот тут она может написать батюшке по электронной почте. Но при условии, что она заранее условилась с этим священником при реальной встрече еще в России.

— Это гипотетическая ситуация?
— Нет, вполне реальная. И даже не новая. В былые века люди слали старцам своим исповеди в письмах.

— Но вопросы на ваш и-мейл присылать, получается, бесполезно.
— На вопрос я могу ответить. Просто вопрос теоретический — это не то же самое, что вопрос жизненный, а вопрос жизненный — не то же самое, что вопрос духовный. Теоретические вопросы связаны с историей церкви, историей религии. Для ответа на них обязательно надо знать не вас лично, а тему разговора. Жизненный вопрос — когда речь идет о достаточно простой проекции общеизвестных нравственных норм на наш быт. Допустим, вы у меня спрашиваете: "У меня жена, двое детей, а я полюбил девушку... Можно я брошу свою семью и создам новую?" Естественно, отвечу определенным образом. Но есть вопросы, связанные с очень сложными оттенками внутренней жизни человека. Это собственно духовные вопросы. Для ответа на них надо смотреть в глаза, а не в монитор.
Кроме того, есть вопросы, на которые просто нельзя отвечать незнакомцам. Приведу резкий пример, чтобы было понятно: "Батюшка, как мне быть с утренним сексуальным возбуждением?"

— Не думаю, чтобы вам такое писали.
— Писали и не такое! Попытка публичного ответа незнакомому человеку грозит тем, что потом тысячи троллей на протяжении тысячелетий будут обгладывать тебя на различных форумах.

— Ну а если нужен простой совет: как найти мотивацию, цель, чтобы двигаться дальше?
— Вы ставите самый главный вопрос. И вы заранее знаете, кому его адресуете. И потому, опять же заранее, знаете, что я отвечу.
Я, как христианин, не могу ответить вам иначе, как цитатой из Евангелия. Вот эпизод — юноша адресует Христу ваш вопрос: "Учитель, что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?" Ответ Христа: "Оставь все и иди за Мной". Я не Христос, чтобы говорить: "Иди за мной". Я могу сказать: "Ищите Христа и идите за Ним". А другого ответа я дать вам не могу. Потому что в таких вопросах можно делиться только тем, что пережил сам. А я пережил правду именно этого пути. Но такой мой ответ покажется вам слишком простым и профессионально обусловленным. Вы его не услышите. Поэтому наша заочная переписка, скорее всего, состояла бы из одной фразы: "Ответ невозможен". Но... Невозможное в виртуале возможно в реале.

перепост: http://freshf5.f5.ru/post/297349
Tags: ЖЖ, Кураев, диакон, реальный гной
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments